Так в августе 1096 г. начался первый крестовый поход. Однако он обернулся далеко не легкой прогулкой по богатым городам и весям, как это представлялось крестоносному воинству. Преувеличенными оказались расчеты на слабость турок: непрерывно враждовавшие между собой сельджукские эмираты все еще представляли грозную силу. Понеся колоссальные потери, «освободителя Гроба Господня» все же захватили Эдессу, затем Антиохию, учинив в обоих городах кровавую резню населения. Поход закончился в 1099 г. взятием Иерусалима, во время которого рыцари дочиста разграбили город, а его жителей вырезали буквально поголовно, как писал современник событий, не пощадив «ни женщин, ни малюток».
Не прошел бесследно поход и для самих завоевателей; из 12 тысяч ополченцев из простонародья и полутора тысяч рыцарей, принявших участие в осаде и штурме «божьего града», уцелело лишь несколько сот человек. Неудивительно, что в период ожесточенных сражений оказание необходимой медицинской помощи вылилось для крестоносцев в одну из главных проблем.
Их предводитель, а в дальнейшем первый правитель основанного им Иерусалимского королевства герцог Годфруа Бульонский поручил Жерару заботу о раненых и больных, а для упрочения положения госпиталя пожаловал ему деревню Сальсала в окрестностях Иерусалима. Жерар, в свою очередь, попросил выделить ему несколько помощников, и четверо рыцарей из числа «защитников веры» вызвались участвовать в деле ухода за больными.
Постепенно госпиталь св. Иоанна в Иерусалиме расширялся, множились его богатства. Исцеленные братьями милосердия знатные рыцари одаривали его землями и поместьями и в Палестине, и в Европе. Так зарождались будущие командорства и великие приорства ордена. Не последнюю роль в росте его экономического могущества играли пожертвования заинтересованных в поддержке иоаннитов королей и принцев восточных государств крестоносцев. В начале XII в. госпиталь св. Иоанна - это уже прославленный по всему Восточному Средиземноморью крупный центр, способный принимать до двух тысяч путешественников и больных.
По определению современников, Жерар был «самым смиренным человеком на Востоке и истинным слугой бедных». При нем госпиталь превратился в своего рода монастырь, где рыцари, ставшие сиделками, добровольно обрекали себя на отход от всего мирского и принимали монашеский обет бедности, послушания и целомудрия, завещанный св. Августином, одним из наиболее почитаемых католической церковью отцов христианства на Западе.
Вместо небольшой часовни настоятель новой обители выстроил церковь и посвятил ее Иоанну Крестителю, что, по всей видимости, окончательно способствовало официально утвердившемуся названию общины - «иоанниты». Тогда же от слова «госпиталь», закрепившегося в полном названии ордена, его члены стали зваться «госпитальерами».
Свою деятельность иоанниты-госпитальеры распространили далеко за пределы Иерусалимского королевства.
На всем пути следования паломников, религиозный энтузиазм которых подогревался недавними победами над «неверными», госпиталь основал дочерние приюты и больницы, предоставлявшие кров и лечение тысячам европейцев, устремившихся вкусить благодати на родине Христа. Особую активность иоанниты проявили в Провансе и Италии, через которые пролегали основные маршруты в Палестину.
Длительное время забота о больных и паломниках стояла у госпитальеров на первом месте. Бывшие рыцари-воины, превратившиеся в монахов, называли бедных «господами», а себя - их «слугами». Ведя аскетический образ жизни, они добывали себе пропитание тем, что собирали милостыню, которую по вечерам смиренно складывали к ногам находившихся на их попечении страждущих. Перед вечерней службой братья-госпитальеры во главе с настоятелем обходили всех больных и приглашали «господ бедных» помолиться за госпиталь, его покровителей и всех христиан.
